Типы воздуховодов и способы интубации

НАДГЛОТОЧНЫЕ ВОЗДУХОВОДЫ

Фарингеальные воздуховоды вводят через нос или рот с целью обойти расслабленный язык и открыть доступ к гортани, поддерживая открытым вход в гортань и обеспечивая доступ к гипофарингсу.
Удачно расположенные фарингеальные воздуховоды устраняют затруднения при самостоятельной или искусственной вентиляции и облегчают удаление секрета из дыхательных путей или глотки.
Они не должны заменять эндотрахеальную интубацию у больных с прямыми показаниями для защиты дыхательных путей или у тех, кому требуется свободный доступ к нижним дыхательным путям.

ПОКАЗАНИЯ ДЛЯ УСТАНОВКИ НАДГЛОТОЧНЫХ ВОЗДУХОВОДОВ

Оральные
Удаление ретрофарингеального секрета
Поддержание проходимости ротоглоточных дыхательных путей
Поддержание проходимости ротовой полости без роторасширителя
Предотвращение прикусывания языка
Назальные
Удаление секрета из гортани
Пациент в сознании или без сознания
Необходимость повторной канюляции трахеи
Ограниченная ценность для предотвращения закрытия ротоглотки
Ротоглоточные воздуховоды
Оральные воздуховоды выполняются из пластика с учетом анатомии полости рта.
Они отводят язык от задней стенки глотки, чтобы предотвратить ее закрытие.
Их главная цель — поддерживать гипофарингс открытым и облегчить удаление секрета во время самостоятельного дыхания или вентиляции мешком через маску.
Оральные воздуховоды могут также служить защитой от прикусывания языка при интубации через рот на случай сведения челюстей или обеспечивать поступление воздуха при отсутствии у пациента зубов.
Ротовые воздуховоды раздражают заднюю стенку глотки и вызывают рвотные движения, поэтому их не следует вводить больным в сознании или тем, у кого сохранены глоточные рефлексы. Со временем больной иногда привыкает к этому чужеродному предмету.
Чаще всего склонны к аспирации беспокойные, оглушенные больные с угнетенными глоточными рефлексами, поэтому как только к пациенту возвращается сознание или появляются признаки активизации глоточных рефлексов, воздуховоды следует удалить.

Носоглоточные воздуховоды

Эти прочные (но сжимаемые), изогнутые и полые трубки с фланцами выпускаются разной длины и с разными диаметрами, но ни один вид не предназначен для продвижения в голосовую щель. Их вводят через смазанные, подвергнутые местному обезболиванию и хорошо проходимые носовые ходы, чтобы облегчить удаление секрета из гипофарингса или проведение трахеальных катетеров для отсасывания.
Многим пациентам они приносят пользу в периоде сразу после экстубации, когда глотание и эффективный кашель затруднены.
Поскольку носоглоточные воздуховоды раздражают дыхательные пути значительно меньше, чем ротовые, их можно применять и в тех случаях, когда пациент находится в сознании. Носоглоточные воздуховоды лучше каждый день перемещать в другой носовой проход. Непрерывно использовать их свыше 48—72 ч, как правило, нецелесообразно из-за возрастающего риска инфекции и эрозионных осложнений.
Хотя носоглоточные воздуховоды часто бывают эффективны, они не поддерживают надежно проходимость дыхательных путей и не являются альтернативой эндотрахеальной интубации у больных с высокой степенью риска.



К 165-летию со дня изобретения анестезии.

25 лет проработав как в детской, так и во взрослой анестезиологии-реаниматологии, убедилась, что наших сограждан, которым предстоит то или иное оперативное вмешательство, не интересует ход операции как таковой. В лучшем случае пациенты высказывают пожелания сделать всё, чтобы послеоперационный рубец был максимально незаметен. А вот что действительно людей беспокоит, так это боль. Вернее то, как её избежать, случайно не проснувшись во время операции и, наоборот, проснувшись легко и быстро после неё. И это понятно: ведь боль, являясь, по образному выражению физиологов, «сторожевым псом, стоящим на защите наших интересов, в один прекрасный момент может сама превратиться в безжалостного убийцу». Кто же первый встречает пациента, находящегося в критическом (от греческого слова «крисИс» - резкий поворот) состоянии, независимо от причин, его вызвавших? Кто бережёт спокойный сон больного на операционном столе, позволяя ему «не присутствовать на своей операции»? Кто обеспечивает ему комфортные условия для скорейшей послеоперационной реабилитации, беря на какое-то время управление жизненно важными функциями его ослабевшего в борьбе с болезнью организма на себя? Наши зарубежные коллеги провели опрос населения, поставив перед людьми только один вопрос: «Кто проводит пациенту анестезию?» Результат был таков. Половина пациентов до сих пор считает, что ХИРУРГ сначала усыпляет больного, а потом оперирует. Четверть ответила, что это делает ТЕХНИК (?!), и лишь оставшиеся 25% предположили, что это специальный врач, но слово «анестезиолог-реаниматолог» почти никому не было знакомо. Действительно, бросаясь на помощь человеку в шоковом или коматозном состоянии, не отходя от его постели до тех пор, пока функции его организма снова не перейдут в режим ауторегуляции и больного можно будет передать в профильное отделение, из которого уже здоровый человек и будет выписываться, трудно рассчитывать на то, что кто-то тебя запомнит. Но обычно в отделениях анестезиологии-реанимации работают люди, которым тяжко бремя славы. Чаще всего они ПРОСТО БЕЗГРАНИЧНО ЛЮБЯТ свою экстремальную специальность (а она, между прочим, относится к 4-й – высшей – категории напряжённости и 2-й категории сложности), не перестают удивляться возможностям человеческого организма и …низкой оплате своего труда. Особенно больно это осознавать, ознакомившись с рейтингом высокооплачиваемых профессий. По данным журнала Forbes в США на первом месте стоит именно наша специальность с годовым доходом в 193000 долларов. Затем следуют хирурги, ортодонтологи и так до лётчиков, стоящих в этом списке только на 11 месте! В цивилизованных странах с пациентом, готовящимся к операции, хирург и анестезиолог-реаниматолог беседуют в присутствии адвоката, подробнейшим образом с помощью муляжей, компьютерной графики и собственных рисунков рассказывая о том, что ему предстоит перенести. Широко практикуется у них и наложение временных швов, если во время оперативного вмешательства пришлось столкнуться с чем-то непредвиденным, чтобы, когда пациент проснётся, снова под роспись обговорить с ним все детали его дальнейшего лечения. Уж не знаю, в силу менталитета нашего, или воспитания такого, но нередко мы почему-то предпочитаем сначала ничего не знать, а если случается что-то неприятное, сваливать вину на других. И вот тут вдруг все вспоминают, что есть такой специалист, который тебя и принял первого, и из критического состояния вывел, и анестезию обеспечил… «А подать сюда Ляпкина-Тяпкина»! Ну, да, есть такая шутка, что после анестезиолога-реаниматолога только Бог. Не с кем нашему брату разделить бремя ответственности, не на кого переложить хоть маленькую толику нагрузки и проблем. Но тот, кто пошёл в анестезиологию-реаниматологию (а случайные люди в ней не держатся), хочет не этого. Он хочет, чтоб люди ЗНАЛИ, что 165 лет назад в медицине произошло поистине революционное событие: появились врачи, которые в экстремальной ситуации могут удержать их жизнь в своих руках, пока за неё на всех фронтах идёт борьба. Вероятно, обе они возникли одновременно, и многие века развивались независимо друг от друга. Первая идея привела к развитию анестезиологии (от лат. aesthesis – чувство, an – отрицание, т.е. «обесчувствливание»), а вторая – к созданию реаниматологии (от лат. animum – душа и re – восстановление, т.е. одушевление, возвращение души в тело, оживление). Синтез этих двух дисциплин, их взаимное теоретическое и методологическое взаимопроникновение создали современную анестезиологию – реаниматологию. Но ещё за тысячи лет до этого врачи пытались применять анестезию. Способы облегчения боли во время операции были известны в Древнем Египте. Поливая разведённым уксусом «мемфисский камень» (известняк), получали углекислый газ. Его вдыхание давало болеутоляющий эффект. Во II веке римский врач Гален рекомендовал в качестве анальгетика «териак» - питьё, содержащее более 100 компонентов. Его использовали вплоть до XIX века! Вероятно, эффективность средства объясняется присутствием в нём ОПИУМА. В IV веке Иларий, епископ Пуатье, был послан на Восток, где также познакомился с опиумом. Он написал медицинский учебник, в котором советовал: «Если изувечена или обожжена конечность, дайте выпить опиума с вином, и, пока человек спит, ему можно отрезать пострадавшую часть без всякой боли». «Усыпляющую губку», заставляющую вдыхать пары опиума, использовали для продления ступора. К началу XIX века хирургия достигла довольно больших высот, но остановилась в своём развитии, так как пациенты не выдерживали операционного стресса, связанного с болью и другими его агрессивными факторами. А так как длительное время не существовало адекватной защиты от неё, то хирурги вынуждены были до автоматизма оттачивать свою оперативную технику, чтобы за счет укорочения оперативного пособия облегчить переживаемые больным страдания. Этой техникой блестяще владел наш великий хирург Н.И.Пирогов, производивший, например, «гильотинную» ампутацию бедра за 4 минуты или умудрявшийся прооперировать больного в белых перчатках, не запачкав их кровью. Ещё в 1771 году скромный английский священник Джозеф Пристли выделил в чистом виде кислород, назвав его «чистым воздухом», а в 1772 году он синтезировал закись азота. Двадцатидвухлетний англичанин же Хэмфри Дэви в 1795 году впервые в мире после многочисленных опытов предположил, что газовый наркоз, в том числе и закисью азота, может быть использован для хирургических операций. Правда в течение многих лет она использовалась лишь «золотой молодёжью» того времени для развлечений. (Видимо, с лёгкой руки Дэви, назвавшего закись азота «веселящим газом»). Хотя известно, что устраивались вечеринки и с так называемыми «эфирными шалостями». В эти же годы в Европе широко использовался альтернативный метод анестезии - гипноз, в те времена называемый «месмеризм», по имени француза Антона Месмера (1734 – 1814), швейцарского врача, родоначальника научно обоснованного метода лечения болезней гипнотизмом (научный термин того времени) философа, правоведа и великого авантюриста. Причем практиковал он не менее успешно, чем ныне здравствующий Анатолий Кашпировский. В России этот метод не был распространён. 16 октября 1846г. дантист из Бостона Вильям Томас Крин Мортон (9 августа 1819 – 15 июля 1868) в Массачусетской общей больнице провёл 20-летнему Джильберту Эбботу с врожденной сосудистой опухолью шеи общую анестезию ДИЭТИЛОВЫМ ЭФИРОМ, после чего обратился к очень известному уважаемому хирургу Джону Коллинсу Уоррену (которого, кстати, долго уговаривал согласиться на эксперимент) со следующими словами: «Приступайте, мистер Уоррен. Ваш пациент так далеко!». Результат превзошёл все ожидания. Уоррену удалось совершенно безболезненно удалить опухоль, после чего он не удержался от изумлённого восклицания: «Джентльмены, это не обман!». Да и было за что побороться, ведь сенат США обещал за это поистине революционное открытие баснословную по тем временам сумму: 100.000 долларов, которая должна была принадлежать лишь одному счастливцу! Особенно остро переживал, как ему казалось, несправедливость молодой импульсивный дантист Уэллс. Если Лонгу, истинному пионеру в деле общей анестезии, почтенному отцу семейства, вся эта возня была чужда (он и заявление-то на право открытия подавать не хотел: друзья настояли) и он спокойно работал в своей деревеньке, не особо интересуясь ходом дела, то Уэллс на нервной почве заболел, выскочил на улицу и первой попавшейся девушке плеснул в лицо концентрированной серной кислотой, после чего попал в психиатрическую лечебницу, где вскоре и умер в возрасте 33 лет. 10 ноября 1847 года акушер Симпсон доложил об обезболивающем действии ХЛОРОФОРМА, который он в течение двух месяцев опробовал на роженицах. Против этого сразу же яростно восстала церковь, так как в Священном писании якобы сказано, что дети должны рождаться в муках. Но именно Симпсон, ссылаясь на 21 стих II главы книги Бытия, сумел убедить служителей культа в том, что первым, как сейчас бы сказали, анестезиологом-реаниматологом был не кто иной, как Творец, который во время оно усыпил Адама, извлёк у него ребро, затем из ребра сотворил Еву, после чего пробудил Адама и вдохнул жизнь в Еву. Так благодаря Симпсону родилась акушерская анестезиология. А благодаря Климковичу с 1880 года в акушерстве стали применять и закись азота. В 1869 году Тренделенбург впервые наркотизировал пациентку хлороформом через трубку, введённую в РАЗРЕЗ трахеи, хотя сама трахеостомия была описана ещё в древнеегипетских папирусах. В 1910 году в Нью-Йорке впервые была проведена ИНТУБАЦИЯ трахеи для того, чтобы вводить анестетик, минуя ротовую полость. Интубацию же трахеи как таковую ещё в 1754 году осуществил Бенжамин Пуг, который также впервые предложил для реанимации новорождённых использовать ротовой ВОЗДУХОВОД. Хотя она и спорная. Дело в том, что офтальмолог Коллер, официально впервые сообщивший об обезболивающем действии 2% солянокислого кокаина, введённого в конъюнктивальный мешок, сам ни одной операции у человека не сделал. И есть данные о том, что ещё задолго до Коллера И. Н. Кацауров проводил офтальмологические операции под аппликационной анестезией кокаином, известным ещё с 10-х годов ХIХ века, но официально метод не патентовал. В России же анестезирующее действие кокаина официально описано русским учёным Анрепом в 1889 году. Безусловно, первой сестрой милосердия является Михайлова Дарья Лаврентьевна, впервые в мире начавшая оказывать помощь раненым и больным на театре боевых действий во время Восточной войны в Крыму. Было это 20 сентября 1854 года в сражении на реке Альме под Инкерманом. Чуть позже (6 ноября 1854 года) великая княгиня Елена Павловна учредила Крестовоздвиженскую общину, которая прибыла в Крым 11 декабря 1854 года. Вскоре Пирогов Н. И. разделил медсестёр по различным должностям, что способствовало упорядочению их работы. Кстати, из-за очень тяжёлых условий работы один месяц службы во время первой обороны Севастополя им засчитывался за один год. В СССР лишь в 1958 году была создана первая кафедра анестезиологии-реаниматологии под руководством академика П. А. Куприянова, а в 1966 году в Советском Союзе был издан приказ о создании анестезиологических отделений (групп). С 19.08.1969 г. мы согласно приказу Минздрава СССР за № 605 стали работать в отделениях анестезиологии-реанимации. Врачей стали называть анестезиологами-реаниматологами, а медсестёр – медицинская сестра-анестезист, которых так называют и по сей день. В настоящее время слово «наркоз» (от греч. nАrcos - сон) применительно к понятию хирургического обезболивания не применяется. Во всем мире принято говорить: анестезиологическое обеспечение операции, или просто анестезия (общая, местная или сочетанная, за которой, кстати, будущее). Очень прошу не говорить «анАстезия», «анАстАзия», «обезбАливание» (бОль!), «общий наркоз» («масло масляное») и уж тем более - «местный наркоз»! Последнее, как вы, надеюсь, понимаете – вообще нонсенс. Если такое состояние достигается путем влияния средств общего действия на различные структуры центральной нервной системы (ретикулярная формация, зрительный бугор, кора головного мозга), его определяют термином «ОБЩАЯ АНЕСТЕЗИЯ». Средства общего действия могут быть не только фармакологические (химические). Это может быть электровоздействие, воздействие физическими и психическими (вспомним Месмера и Кашпировского с их гипнозом) факторами. При местном выключении болевой, а также тактильной чувствительности с помощью местных анестетиков, действующих на те или иные структуры периферической нервной системы: рецепторы кожи слизистых, нервные стволы и сплетения, а также нейроны центральной нервной системы, находящиеся в проводящих путях спинного и продолговатого мозга, анестезию называют «МЕСТНОЙ». Для определения эффектов, достигаемых подведением раствора местного анестетика к нервным проводникам, с достаточным основанием пользуются еще одним термином – «блокада». Этим термином обычно отражают выключение проводимости в конкретном нерве или сплетении нервов (блокада бедренных, седалищных нервов, вагосимпатическая блокада и т.д.) при решении тех или иных задач, вне связи с хирургической операцией. За некоторыми видами и методами сохранились их исторические названия, например, по фамилиям авторов: «Проводниковая анестезия по Оберсту – Лукашевичу» (на пальцах, 1886 – 1888 гг.), или «Анестезия по Школьникову – Селиванову» (при переломах костей таза). Или «Нейролептаналгезия» – «НЛА» (от гр. psis – оцепенение). Это сочетание нейролептика дроперидола с наркотическим анальгетиком фентанилом. Или «Атаралгезия». Это сочетание атарактика (от «атараксия» - обездушивание), то есть, седативного препарата, например, седуксена с каким-либо наркотическим анальгетиком, например, дипидолором. «Спинномозговая анестезия» (Бир, 1898г.), хотя раствор анестетика, естественно, не вводится ни в спинной мозг, ни в спнномозговой (серединный) канал. По-видимому, следует согласиться с Ратнером Г. Л., который указывает, что природа не должна бы защищать организм от операции, проводимой во благо его, однако она не отличает операцию от случайной травмы и реагирует на неё, как на агрессию. Регулируется эта ответная реакция подкорковыми структурами и вегетативной нервной системой. У обычных людей она практически неподвластна контролю коры головного мозга и, как мы уже знаем, реакция эта всегда универсальна и всегда избыточна, и порою идёт вовсе не во благо организму. Не зря среди анестезиологов бытует шуточный афоризм: «Не верь хирургам, что у больного есть только тот орган, на котором они оперируют». Наркотизаторы ХIХ века постепенно пришли к выводу, что добиться таких необходимых компонентов анестезии, как, например, достаточное обезболивание, сон, мышечное расслабление и пр., существенно не нарушая функций дыхания, гемодинамики, обмена веществ и других жизненно важных функций с помощью какого-либо ОДНОГО анестетика невозможно. Одним из первых заявил об этом Вот почему применительно к общей анестезии вскоре отказались от слова «наркоз», означавшего один лишь сон. Ведь общая анестезия предполагает далеко не только сонное состояние пациента во время операции! А так как стало ясно, что одним анестетиком добиться всех необходимых компонентов общей анестезии невозможно, из-за того, что дозу анестетика при этом надо приближать к смертельной, то отказались и от моноанестезии, хотя в исключительных случаях она применяется и по сей день при выполнении кратковременных малотравматичных операций. Прежде всего, наркотизаторам – первопроходцам хотелось избежать развития бурной и даже опасной для жизни больного II стадии анестезии (стадии возбуждения), столь характерной для ингаляционных анестетиков. Они попробовали вводить больного в анестезию с помощью барбитуратов, а затем плавно наслаивали на них эфир. При этом засыпание больных стало не только спокойным, но и для достижения хирургической стадии анестезии стало требоваться гораздо меньше эфира! Это вдохновило и учёных, и практикующих врачей всех стран. Начали разрабатываться бесконечные методики многокомпонентной анестезии, некоторыми из которых мы пользуемся до сих пор. Например, в особо травматичные моменты операции внутривенно добавлялись небольшие дозы наркотического анальгетика. Его одного для адекватной анестезии не хватило бы, но вместе с пониженными дозами ингаляционного анестетика получался запланированный эффект. Прекрасно сочеталась и общая анестезия с местной. Блокады брыжейки во время операции на кишечнике, введение в заранее перидурально или субарахноидально установленный перед операцией катетер анестетика местного действия, даже простая инфильтрация места разреза у больного, уже находящегося под воздействием анестетика общего действия, позволяло значительно снизить риск передозировки анестетиков как местного, так и общего действия при адекватной защите пациента от операционной травмы. Для снижения возникающих во время анестезии нежелательных нейро-вегетативных реакций, проявляющихся нарушением микроциркуляции, аритмиями, колебаниями артериального давления и прочими неприятными вещами, стали применять различные стресс – протекторы (от лат. protector – защитник). В эту группу входят вещества с различными точками приложения и некоторые методики, как, например, гипотермия. К стресс – протекторам относятся: бета-адреноблокаторы типа обзидана: N-холинолитики (например, ганглиоблокаторы, синтезированные в 1950 году: пентамин, арфонад, бензогексоний и другие, которые уменьшают избыточную активность коры надпочечников, потенцируют действие наркотических веществ, «выключают» синокаротидные хеморецепторы, кроме тех, что реагируют на недостаток кислорода); нейролептики типа дроперидола; альфа2-адреностимулятор рецепторов центральной нервной системы клофелин; новокаин, в том числе введённый внутривенно (например, в виде раствора Бокая: 0,5% новокаин с 0,9% хлоридом натрия в соотношении 1 : 1), и пр. Ой, SG уважаемый, я и так тут многовато написала. Вначале планировала только историю осветить, а потом подумала: "Пусть будет в этой теме хоть коротенький рассказ о видах и методах современной анестезии". Если начать толковать об эпидуральной (она же - перидуральная, она же - сакральная как разновидность метода) анестезии, то это займёт места гораздо больше, чем в этой статье. Надеюсь, из классификации ясно, что это один из методов центральной регионарной местной анестезии. Укол делается в спину. Анестетик вводится между листками твёрдой мозговой оболочки (dura mater), где имеется жировая клетчатка, сосуды и нервы. Иногда (для продления действия анестетика) туда устанавливается катетер. Да ладно, Екатерина, просто литературно Ваша статья ещё не слишком отработана, в идеале надо бы лаконичнее. Предисловие просто сырое, по первому разу у читателя может сложиться такое же мнение, как и у меня. Прикиньте, сколько и как там написано про них, и сколько про нас. А Ваши мысли в комментах вот бы в концовку предисловия в самый раз. А всё очень интересно, только латынь не все знают, надо бы краткую расшифровку, как в комментах позже сделали. Даже мне, технарю, интересно было. Жду новых работ.

Источник: http://sevastopol.su/blog/read/id/242 - ForPost - Севастополь новости





Дыхательная система - Популярные ресурсы

Полный медицинский справочник фельдшера
Оглавление Коллектив авторов - Полный медицинский справочник фельдшера (дополненный) - http://www.universalinternetlibrary.ru/book/16592/ogl.shtml

Типы воздуховодов и способы интубации - Библиотека

Малая медицинская энциклопедия: Груд'-Киуммелиа болезн'
623 pages
Малая медицинская энциклопедия: Груд'-Киуммелиа болезн'

... ведущий тип дыхательных нарушений ее г предполагать при фиброзах легких (в т. ч. при саркоидозе, фиброзирующем альвеоли- те, ... Если помощь оказывается при отсутствии воздуховода или средств для интубации трахеи ...

Еще по Теме